Базен Эрве. Встань и иди

- В конце концов, чего ты от меня хочешь? Это нелегко сказать. Я и сама толком не знаю. Если я стану объяснять, то впаду в напыщенный тон, который он мне ни за что не простит. Но есть способ подгонять слова к обстоятельствам. Для Мари Кальен извлекаешь из словаря существительное единственного числа с прописной буквы и говоришь ей об <Услуге>. Перед Нуйи, менее возвышенным и более хвастливым, извлечем множественное число со строчной буквы и потребуем <услуг>. Я импровизирую:

- Чего я хочу? Быть может, мои цели немного больше: немного меньше: немного отличаются от твоих. Мы еще вернемся к этому разговору. Сегодня я пришла, чтобы извлечь пользу из нашего знакомства. Впрочем, долг платежом красен.

Серж все время легонько кивает головой в знак одобрения. Все в порядке вещей. Сильный человек использует свои связи. Я безнадежно ищу, о чем бы его попросить. Наконец мой взгляд снова падает на фотографии с автографами. Ну, конечно! И как же я не сообразила раньше?

- Так вот. Моя подруга Катрин Рюма, шикарная девчонка, хотела бы сниматься в кино.

- Это очень легко!

Нож разрезает воздух. Нижняя губа Сержа отвисает в иронической гримасе.

- Легко, если с ней легко договориться. Она будет не последней актрисой на роли героини-любовницы, чьи ягодицы не лишены таланта.

Именно этого я и опасалась. Но Серж, не оставляя мне времени на возражения, тут же идет на попятный:

- Я шучу. В этой среде подвизаются особы всех сортов. И девки, и девицы. Если твоя протеже действительно так хороша собой, то Гольдштейн - это мой друг, - возможно, заинтересуется ею. Только пусть она, твоя Катрин, не строит воздушных замков! У нее мало шансов пойти дальше статистки или актрисы на выходах.

- Для начала и это неплохо.

- Ну что ж! Только:

Честное слово, походке, что этот проходимец способен испытывать угрызения совести. Неужто на навозе растут и цветы, неужто в душе этого пройдохи сохранился уголок:

- Но: порядочная девушка: рискует:

- Эта уже не рискует.

- А-а! - смущенно протягивает Серж; он выглядит при этом очень комично.

От удивления Серж покачивает плечами, искоса поглядывая на меня с неожиданной симпатией.

- Странно! Я полагал, что ты бываешь главным образом у молодых монашек.

- Пришла же я к тебе.

На, получай, любезный! Я жду отпора. Но медведь ограничивается кратким рыком. Благоразумие возвращается ко мне. Я испытываю новый прилив вдохновения.

- Еще одно пожелание. Мне неловко, но я прошу за себя. Я подала заявление, чтобы у нас дома поставили телефон. Нет ли у тебя:

Какая же я дуреха! Слово <блат> не желает сойти с моих уст.

- :способа сократить сроки?

Настала очередь Нуйи изображать носом <да>. Но эта небрежная мина очень скоро слетает с его лица. Против собственной воли я отрываю взгляд от потолка и буквально обрушиваюсь на него:

- И не знаешь ли ты способа стать настоящим человеком? Способа превратить Нуйи-ничтожество в Нуйи-личность?

- Что? - изрекает ошеломленный Серж.

Это вырвалось у меня само собой. Отступать ни в коем случае нельзя. Надо договаривать все до конца.

- Я скажу тебе, к чему ты пришел, Серж. Ты испоганился. Ладно, будем вежливы - ведь у жаргона тоже есть свои эвфемизмы: во время и после войны ты спекулировал барахлом на черном рынке. Чем именно - маслом, шерстью или покрышками, - дела не меняет. Не пойман - не вор. Но у кого вотуже два года, как подрезаны крылья? Ктоуженезнает, чем бы ему заняться?

Когда у хищников шевелятся уши - это плохой признак. Уши Нуйи дергаются вовсю. Тем не менее он благоразумно скрестил руки на своем бюваре. Он смотрит на чернильницу так пристально, словно хотел бы выпить ее до дна.

- В тот день я слышала, как они злословили у тебя за спиной: <Серж никогда не занимался серьезными делами. Он выкурил свою сигару. А теперь собирает окурки>.

- Ах, гады! Они так говорили?

Сильный удар кулаком по бювару из красного сафьяна. Лицо Нуйи морщится. Он не учуял хитрости, хотя она и была шита белыми нитками. Он в бешенстве. Но не кривит душой:

- Я не понимаю, какое тебе до этого дело. Ладно, они у меня еще допрыгаются. Но хуже всего то, что это правда. Я отложил какие-то деньжата про черный день, но, чтобы жить на проценты, этого мало. К тому же девальвация каждые шесть месяцев съедает добрую половину моих средств. Приходилось пускать их в оборот. Вот в чем вся загвоздка. Никакого опыта по этой части у меня нет.

Секунда колебания, и он вдруг пускается в откровенность.

- И потом есть еще и привычка. На спекуляциях зарабатываешь в десять раз больше, чем на службе, а риск - вещь увлекательная. И это затягивает. Обыкновенные дела кажутся нам уже пресными. Посмотри на всех бывших китов черного рынка: все они, одни за другим, сели за мошенничество.

Собака залаяла - это Миландр. Я хватаюсь за костыли и бреду по пушистому ворсу к двери. Нуйи идет следом, торопливо шепча мне на ухо:

- Заметь, я до этого не дошел! Я до этого не дошел. Потом его большая добрая лапа опускается на мое больное плечо.

- Насчет Катрин мы договорились и насчет твоего телефона тоже. Только признайся, ведь ты приходила не за этим. Тебе поручили наладить со мной связь, да?

- Нет еще.

Я с трудом сохраняю серьезный вид. Но я страшно довольна собой: мне удалось произнести два слова тем самым тоном, каким хотела, - тоном, который заставляет усомниться в моем отрицании и позволяет врать, не отступая от истины.

x x x

Люк сопит. Ветер усиливается. Я выбрасываю вперед костыли и живо переношу ноги.

- А теперь на улицу Пиренеев!

- Нет, - возражает Люк. - Я сообразил позвонить. Паскаль на церковном совете. Вернемся домой.

Кажется, он становится предприимчивым. Он уже позволяет себе вносить коррективы в мои планы. Постараемся радоваться этому и не чувствовать себя задетой тем, что он проявил некоторую инициативу. Постараемся. Я останавливаюсь и ворчу:

- Пропадает целая неделя! Потом, глядя на тротуар:

- Чего ото ты сейчас удрал? Миландр отвечает вопросом:

- Ты отпустила ему грехи?

12

Суп булькает и приподнимает крышку кастрюли; потом крышка снова падает и позвякивает. Клод пускает электрический поезд - подарок Матильды. Я кручу ручку ротатора, не обращая внимания на распухшее плечо. Тетя печатает на полной скорости.

- Я уже не слышу себя, - говорит она. Пытаясь заглушить шум шумом, она на секунду отрывается от машинки, протягивает руку и включает радиоприемник, который начинает плеваться фактами сегодняшней истории: <В нашем выпуске: войска Мао Цзэдуна в ближайшее время возьмут Циндао. Работа на угольных шахтах возобновляется. В советском секторе создан новый орган городского самоуправления:> Щелчок. Матильда ищет спасения на длинных волнах: <Если вы плохо себя чувствуете, примите:> Опять щелчок. Короткие волны. Обрывок фразы по-английски, свист, морзянка, обрывок фразы на неизвестно каком языке, и, наконец, голос Тино Росси: <Несмотря на клятвы:> Упав духом, Матильда снова принимается печатать - метроном в ритме четыре восьмых. И вдруг звонок. Я кричу:

- Сиди! Наверное, это Катрин. Помни, что я тебе сказала.

- Эта девица! У нас в доме! Ну иди же, открывай, - с отвращением бормочет Матильда.

Плотнозакрыв дверь в <первозданный хаос>, я отворяю входную.Этои всамом деле Катрин, наносящая мне первый визит. Она обещала прийти в четыре часа и теперь извиняется стандартными фразами, отчего певучий голос, детский наклон головы и частое мигание длинных ресниц теряют свою прелесть.

- Наконец-то мне удалось вырваться. Не без труда. Сенбуа пришли играть в бридж.

Она исподтишка бросает вокруг любопытствующие взгляды, острые, как булавочные уколы. Но в прихожей больше ничего не увидишь, кроме вешалки в стиле Генриха II (с которой я сняла верхнюю часть - небольшие колонны) и меня, - я стараюсь стоять прямо, не сгибая спины, так же вертикально, как и мои костыли. Впрочем, я спешу распахнуть дверь в свою комнату. Точный расчет. Катрин сразу умолкает.

- Вы живете в этой:

Сделаем над собой маленькое усилие. Катрин - женщина, и не очень деликатная.

- Да, в этой келье. Все, что стоит в комнате, отнимает место у меня. Я очень хорошо понимаю арабов, которые обходятся одной циновкой. Садитесь сюда, на кровать.

Катрин не испугана, лучше - она потрясена. На нее снизошла благодать. Добиться этого было не так-то легко. Дома, в своей среде, защищенная родными, довольством и изящными безделушками, она, конечно, нe дала бы волю чувствам. Но не позволим ей размышлять и подозревать, что я нищая. Разыграем всемогущество. Я ставлю костыли к стене, хватаюсь за спинку кровати и усаживаюсь рядом с Катрин.

- Вас по-прежнему интересует кино, Кати? Кажется, я нашла то, о чем вы меня просили.

- То, о чем я вас просила? - удивленно переспрашивает Кати.

В самом деле, она меня ни о чем не просила. Она только поделилась со мной своей неопределенной мечтой. Стоит ей проявить активность, и она без всякой протекции, при единственной рекомендации - красивой внешности - за одни сутки, несомненно, заинтересует с полдюжины продюсеров.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42